Иерей Алексий Колчерин. Николай Иванович Ильминский

Кремков Василий А. – священник села Чура Мамадышского уезда (ныне Кукморского района, кряшенское село, есть там храм и сегодня). С ним Николай

Иванович Ильминский познакомился в своем путешествии по кряшенским селам в 1856 году, когда ему непосредственно удалось общаться со старокрещеными татарами. Эти встречи совершили переворот в его понятии о необходимости переводов именно на язык старокрещеных татар, не имевший примесей исламской культуры и арабизмов (эти переводы он начал осуществлять позднее уже в 60-х годах, когда вернулся со службы в Оренбургской пограничной комиссии). По отзыву самого Николая Ивановича (в изданной им самим брошюре «Переписка о чувашских изданиях переводческой комиссии», Казань, 1890, 16 стр.), «в селе Чуре, куда я приехал, уже достаточно убедившись в трудности и малопонятности означенных книг, я пользовался радушием священника В.А. Кремкова, который имел школу и усердно трудился над обучением своих прихожан. Раз он призвал ко мне одного из наиболее грамотных учеников. В разговоре с этим юношей я карандашом написал строки две-три на простом, сколько я мог, татарском языке из Евангелия об овчей купели и дал ему прочитать. Он совершенно свободно и скоро прочитал эти строки и, к моему изумлению, весьма удачно и самостоятельно поправил некоторые выражения. Это случайное обстоятельство внушило мне мысль о необходимости русской азбуки для наших татарских переводов и веру в способность именно крещеных татар быть пособниками и деятелями в этом миссионерском деле» [28,114].

Кружков Диомид – бывший воспитанник учительской семинарии [9,14].

Крылов А.Л. – окончил Казанскую Духовную Академию в 1870 году, директор Новобугской учительской Семинарии в Херсонской губернии (Исхакова,38). Будучи студентом Академии, приходил вместе с Н.П. Остроумовым в крещено-татарскую школу и помогал в преподавании некоторых предметов [28, 231].

Кудеевский Федор Д. – выпускник Казанской Духовной Академии 1858 года, на миссионерских курсах Федор Кудеевский учился у Николая Ивановича Ильминского татарскому языку и основам мусульманской религии в 1855-56 годах. Служил инспектором народных училищ Оренбургской губернии (должность, утвержденная Министерством народного просвещения) [35,37;28,101].

Кудряшов Петр Николаевич – директор Самарской мужской классической гимназии (1870-1874), затем директор народных училищ Самарской губернии.

Кузьмин Павел Кузьмич – чуваш, родился 10 ноября 1855 года в деревне Третье Икково. В 1877 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию. Работал учителем в чувашских школах.

Кун Александр Людвигович (1814-1888) – окончил Ставропольскую гимназию, Петербургский университет со степенью кандидата. Служил столоначальником канцелярии оренбургского генерал-губернатора. Принимал участие в Хивинском (1873) и Кокандском (1875) походах. Главный инспектор училищ Туркестанского края [9,7].

Лаврентьев Николай Лаврентьевич – чуваш, родился 9 мая 1868 года в селе Тюрлема Чебоксарского уезда, в 1887 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию.

Лазарев Лазарь Мануилов – профессор в Лазаревском институте в Москве, известный ученый-востоковед: армяновед и тюрколог.

Леонтьев Лев Львович – штатный смотритель Ядринского уездного училища (1849-1874), инспектор народных училищ Казанской губернии 1-го округа – Ядринского и Цивильского уездов.

Лыткин Георгий Степанович – известный просветитель народности коми (зырян).

Люстрицкий Виктор Федорович – выпускник Казанской Духовной Академии, инспектор народных школ Казанской губернии [35,38]. Из переписки нам стало известно его негативное отношение к личности Н.И. Ильминского – письмо священника Евфимия Большакова из села Арино, текст которого приводится в соответствующей главе нашей работы.

Ляпидовский Глеб – священник, благочинный (по данным, выясненным из писем к Николаю Ивановичу). Нам удалось установить другого священника –Ляпидовского Иоанна из села Чуры Мамадышского уезда, а позднее села Шешма Чистопольского уезда. Этот отец Иоанн был избран еще молодым Николаем Ивановичем Ильминским для служения в предполагаемой походной церкви. Проект походной церкви разрабатывался в миссионерских целях для служения в татарских деревнях (крещеных и отпадающих). Ильминский тогда, в 1849 году, выбрал священника Иоанна Ляпидовского как самого опытного и знающего язык татар священника Казанской епархии. Проекту так и не суждено было осуществиться. Преосвященный Григорий (Постников), архиепископ Казанский, остановил это дело в виду неготовности еще переводов богослужений на татарский язык. Священник Глеб Ляпидовский, вероятно, состоял в родстве с отцом Иоанном, возможно, и продолжал служить на инородческом приходе [28,41].

Магницкий Василий Константинович (1839-1901) – чувашский историк, этнограф, деятель народного образования. Сын священника с. Шумшеваши (ныне Ядринского района Чувашии), с детства свободно владел чувашским языком. В 1860-е гг. учился в Казанской духовной семинарии. В 1869-1873 гг. учился на юридическом факультете Казанского университета, после окончания его был судебным следователем в Чебоксарском уезде. С конца 1870-х гг. был инспектором народных училищ Уржумского уезда Вятской губернии. В 1879-1891 гг. занимал ту же должность в Казанской губернии. Способствовал развитию народного образования в чувашских и марийских деревнях. Исследователь истории культуры чувашского народа. В 1891-1893 гг. служил в Елабуге. После выхода в отставку поселился в родной деревне. И во время службы, и, особенно, после выхода в отставку, публиковал множество статей по этнографии, истории чувашского народа, изучению его фольклора и религии. Многие труды В.К. Магницкого и сейчас сохраняют научное значение.

Малов Евфимий Александрович – священник, выпускник Казанской Духовной Академии IX курса (выпуск 1862 года), известный татаровед и исламовед, миссионер, активный член Братства свт. Гурия. В 1864 году Казанская Академия вновь пытается реорганизовать свои миссионерские курсы. Пригласили профессора Казанского Университета Ильминского, а тот, в свою очередь, привлек практиканта Василия Тимофеева и бакалавра Евфимия Малова. Это был лучший ученик профессора Саблукова, известного создателя науки противомусульманской полемики в Казанской Академии, и еще студентом специально занимался этой наукой и отличался любовью к миссионерскому делу. Ильминский преподавал студентам Академии языки, а бакалавр Малов читал историю противомусульманской миссии в России и продолжал дело Г.С. Саблукова по разработке противомусульманской полемики. «…Нас собралось трое. Стоит подумать, как Господь Бог собрал нас, - одного из сохи, другого из степей киргизских, третьего из семинарии. И все-то мы в сложности составляем одного порядочного человека, точь-в-точь как слепец и хромец в старинном русском апологе. Я лингвист и переводчик, имеющий, однако же, постоянную нужду в Тимофееве, как живописец в натурщике; кроме того, я порядочно изучил магометанские книги на арабском языке. Малов – натура, как будто нарочито созданная для практического миссионерства; при том он историк миссии и искусный наблюдатель нравов, умственных и религиозных понятий татар» [28,160]. Малов, по рекомендации Ильминского, был коммандирован в селения отпавших крещеных татар, где на практике убеждал их в необходимости верить в Бога по-христиански. В этих поездках ему помогали ученики Василия Тимофеева. Так, поездки были в деревню Елышево Ачинского прихода, а в старокрещенском селе Апазово Казанского уезда после проделанной ими работы открылась возможность открыть даже особую школу.

Маляров Иван Яковлевич – учитель Кузнецовской черемисской школы. Под влиянием Ильминского возбуждались работы над не столь распространенными инородческими языками Казанского края. В.Н. Витевский раскрывает эту отрасль деятельности Николая Ивановича в своем некрологе. Так, при содействии Николая Ивановича были изданы в Известиях по Казанской епархии «Беседы с черемисами Кузнецовского прихода кузнецовского учителя Ивана Яковлева Малярова» (за 1873 год, №№ 7,8,9) [28,316].

Масловский Петр Петрович (1843-1889) – протоиерей, языковед, деятель христианской миссии по противораскольническому и противомусульманскому направлениям. Преподаватель симбирской гимназии, инспектор народных школ Самарской губернии, преподаватель французского языка Елабужского реального училища, мензелинский, а потом казанский священник, духовник Каменец-Подольской семинарии. Увлекался изучением татарского языка, первым педагогом для него в Казанском Духовном Училище был татарин деревни Ширдан свияжского уезда Абдул Каюм Насыров. Закончил Казанскую Духовную Семинарию, в Академию не пошел, но посвятил себя изучению языков в миссионерских целях. Из-за преданности делу христианской проповеди долгое время не желал даже вступать в брак, без чего не мог быть рукоположен в священный сан, однако был вынужден поступиться своими принципами о неженатом миссионерстве. Когда был инспектором училищ, сам ставил себе в заслугу, что не допустил в учители ни одного атеиста и агитатора. С Ильминским познакомился в 1873 году, имел дружественные отношения, переписывался с ним из разных мест своей службы. Переписка Масловского с Николаем Ивановичем была опубликована зятем Петра Петровича – Константином Васильевичем Харламповичем в 1907 году. Харлампович указывает, что работал с 20 письмами Петра Петровича и с 10 – Николая Ивановича. По свидетельству Харламповича, архив Ильминского передан в библиотеку Казанской Духовной Академии, где с ним работал и П.В. Знаменский; письма Ильминского к Масловскому были переданы семьей Петра Петровича туда же. Переписка началась во время жизни Масловского в Елабуге, начал сам Николай Иванович, искавший в Петре Петровиче помощи для своих питомцев, служивших в Елабужском уезде: Ильи Медведкова, Иуды Прокопьевича Седова. Первое письмо датируется 7 сентября 1881 года. Ильминский поручает Петру Петровичу переговоры с купцом Дмитрием Ивановичем Стахеевым о постройке церквей и поддержании инородческих школ деревень Юмашевой и Семенкина. По этому поводу была издана Ильминским брошюра «Переписка о трех школах Уфимской Епархии» (Казань, 1885), где описывается сложное положение чуваш указанных деревень в окружении соседних деревень, отпадших в язычество. В этом издании содержится переписка Николая Ивановича с разными лицами и учреждениями от 19 марта 1879 года по 30 июля 1881 года. Из него становится известным, что Масловский к Стахееву так и не пошел, но к началу 1885 года в Юмашевой уже была устроена церковь в школьном доме, на чьи средства – неизвестно. Харлампович пишет о П.П. Масловском: «Немного он совершил на своем жизненном пути, - немного, если принять во внимание его способности и его подготовку к деятельности. И виноват в том отчасти он же сам: слишком серьезно он взглянул на задачи миссионера и слишком высоко хотел поставить личность его…С другой стороны, прямолинейности его не соответствовала его энергия…Но чем меньше он сделал, тем более приходится жалеть, что в его лице погибли даром многолетние усилия и большие знания и опытность и что миссия казанская, для которой он себя готовил, потеряла в его лице крупную силу».

Миропольский Александр – иерей села Апазово (ныне в Арском районе).

Назарьев Валериан Никанорович – симбирский дворянин. Вместе с братом Виктором сочувственно относился к Симбирской школе Яковлева.

Никанор (Каменский), – епископ Казанский, бывший сотрудник учительской семинарии Ильминского. Детально изложил основные положения системы Ильминского в статье «Николай Иванович Ильминский и его основные педагогические взгляды» // Казанский сборник статей. - Казань, 1909).

Николсон Вильям – представитель Библейского общества в России.

Нурминский Сергей Андреевич (1839-1914) – марийский просветитель и деятель народного образования. Сын священника села Владимирского (ныне Горномарийского района Республики Марий Эл), правнук марийца, воспитанника Казанской новокрещенской школы, с детства хорошо знал марийский язык. В 1854-1860 гг. учился в Казанской духовной семинарии. В 1864-67 гг., после окончания академии, преподавал в духовном училище в Самарской губернии, в 1867 перешел на службу по министерству народного просвещения. В 1870-1888 гг. был инспектором, директором народных училищ Вятской губернии. На этой должности способствовал массовому открытию марийских и удмуртских школ, работавших по системе Н.И. Ильминского. Вместе со священником Тимофеем Улюрминским и учителем Игнатием Ивановым он в 1873 году составил первый марийский букварь.

Остроумов Николай Петрович (1844-1930) – выпускник Казанской Духовной Академии (студент Ильминского) 1870 года, преподавал в Академии и учительской Семинарии. По рекомендации Ильминского стал инспектором народных училищ в Туркестане и директором Ташкентской учительской Семинарии, с 1883 г. – директором Ташкентской гимназии. Оставаясь педагогом, он впоследствии вышел из системы инородческого образования [35,186].

Павлов Даниил Павлович – выпускник Казанской учительской Семинарии, преподаватель Симбирской чувашской школы.

Панфилов Яков Малый – один из первых учеников Василия Тимофеева еще в бытность школы на квартире в Академической слободе. Его вспоминает Н.П. Остроумов в своих «Воспоминаниях о миссионерском противомусульманском отделении» (издано в «Православном Собеседнике»): «В числе учеников крещено-татарской школы того времени я особенно помню Якова Малаго (Панфилова), Бориса и Ивана Рыжего. Яков Малый неоднократно ездил в крещено-татарские селения с Е.А. Маловым и однажды записал в маленькой тетрадке (в форме дневника), как они встречались с разными отступниками от христианства и беседовали с ними о вере. Эти записки, изложенные совершенно простым, безыскусственным, детским языком, были очень интересны по содержанию. Н.И. Ильминский приносил их с собой на уроки татарского языка и сделал из них своеобразный и занимательный предмет упражнений наших в языке: в конце урока он читал нам эту тетрадку, а мы по очереди переводили ее на русский язык. Помню, что это упражнение нас занимало вдвойне, - и как упражнение в переводе, и как интересный материал живой беседы».

Парамонов Егор Степанович – выпускник Казанского университета, преподаватель Томской гимназии, директор Самарской учительской Семинарии. В 1871 году он был командирован руководством учебного округа в Германию. Был назначен первым директором Казанского учительского института (1876 г.), предназначенного для удовлетворения нужд городских училищ не только губернии, но и всего Казанского учебного округа [35,121].

Пеньковский Василий – священник, благочинный и председатель отделения Казанского епархиального училищного совета в Чистополе, известный деятель образования и чувашский просветитель.

Перепелкин Гавриил Иванович – выпускник Порецкой учительской семинарии, учитель Городищенского и Ходаровского училищ и Симбирской центральной чувашской школы. С 1882 года священник, законоучитель Девлизеркинского училища Бугульминского уезда Самарской губернии.

Петров (Туринге) Андрей Петрович (1858-1913) – чуваш, родился 12 августа 1858 года в деревне Большие Яуши Ядринского уезда. Закончил казанскую регентскую школу, а затем, в 1879 году – Казанскую инородческую учительскую семинарию. Известный религиозный деятель и композитор. Во время обучения в семинарии специально обучался у С.В. Смоленского церковному пению. В 1877-1889 гг. был преподавателем церковного пения Симбирской чувашской учительской школы, затем переехал в Уфимскую губернию. С 1881 года – священник. А.П. Петрову принадлежит основная заслуга в постановке церковного пения на чувашском языке, он автор впервые переложенных на ноты чувашских песен, учебных пособий по музыке для чувашских школ, его партитуры используются и сейчас.

Петров Николай Михайлович – чуваш, родился 15 ноября 1860 года в селе Большая Шатьма. В 1879 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию. Работал учителем чувашских школ.

Петров Яков Петрович (1865-?) – крестьянин села Яуши Ядринского уезда Казанской губернии, выпускник Симбирской центральной чувашской школы (1886), в 1886-1888 гг. учитель Бичуринского двухклассного училища Чебоксарского уезда, 1888-1891 гг. – Девлизеркинского училища Бугульминского уезда, впоследствии принял сан священника.

Петровский М.П. – профессор Казанского университета, славист.

Попов Асинкрит Иванович (ум.1883) – коми-зырянин. В 1865-1866 гг. учился в Школе полковых аудиторов в Казанском Кремле. До конца жизни служил в военно-судебных учреждениях Казани. Прокурор Казанского военного округа. В 1870-е – начале 1880-х принимал участие в работе над переводом Священного Писания на язык коми, проводившейся казанской переводческой комиссией Православного миссионерского общества под руководством Н.И. Ильминского.

Попов Василий Александрович – окончил Казанскую Духовную Академию в 1870 году, с 1878 года – инспектор Тетюшского, Свияжского, Казанского и Царевококшайского учебных округов, позднее директор учительской Семинарии в Благовещенском заводе Уфимской губернии [9,11;35,38]. Попечитель Казанского учебного округа в 1895-1899 г., Виленского учебного округа. К деятельности И.Я. Яковлева относился лояльно, но усматривал в ней сепаратизм, национализм.

Попов Михаил Дмитриевич – инспектор народных училищ Стерлитамакского, Белебеевского уездов Уфимской губернии, поддерживал тесную связь с И.Я. Яковлевым, приглашал на работу выпускников Симбирской чувашской школы.

Порфирьев Иван Яковлевич – профессор Казанской Духовной Академии.

Радлов Василий Васильевич (Вильгельм) – известнейший востоковед, академик, инспектор татарских и башкирских школ [35,246]. Когда Ильминскому было предложено место академика по восточному разряду в Академии наук (для чего пришлось бы выехать в Петербург и покинуть народное образование), он отказался именно в пользу Вильгельма Радлова, занимавшего на тот момент пост директора русско-татарской учительской школы в Казани. Ильминский высказывался против деятельности этой школы как антимиссионерской: в нее принимали в т.ч. и мусульман, что влияло на религиозный уклон в мусульманство при преподавании в деревне: школа давала понятие о русском языке и укрепляла ислам.

Рачинский Сергей Александрович – дворянин, педагог, получивший естественнонаучное образование в Московском университете и проработавший в нем 10 лет профессором ботаники. В 1872 году поселился в своем родовом имении в с. Татеве Смоленской губернии, где и стал сельским учителем. Совместно с Обер-прокурором Синода К.П. Победоносцевым стал инициатором создания церковно-приходских школ. Они выработали идеологические основы и учебно-воспитательные принципы. За время своей работы в Татеве он подготовил более сорока учителей для школ, которые построил на свои средства, сформулировав и применив на практике свои взгляды. Прежде всего, он считал, что учитель должен быть глубоко верующим. Рачинский отрицательно относился к методам подготовки учителей народных школ в учительских семинариях: учитель должен либо получить солидное богословское образование в духовной семинарии, либо получить самообразование, сохранив весь строй крестьянской мысли и чувства. Представляется, что достаточно важную роль в развитии церковно-приходских школ сыграл Ильминский, причем, к сожалению, меньшую, чем мог бы [35,65]. Лично Ильминский и Рачинский знакомы не были, но состовляли в переписке, их познакомил С.В. Смоленский. И.Я. Яковлев в воспоминаниях писал: «Однажды Ильминским было получено от Рачинского письмо, в котором тот, послав ему устав общества борьбы с пьянством в народе, просил ввести нечто подобное в его Казанской учительской семинарии…Но у Николая Ивановича не было привычки подражать кому-либо, а тем более производить на кого-либо давление. Насколько я знаю, на совет Рачинского Ильминский промолчал, не дав у себя в семинарии хода новшеству, которое ему было несимпатично…» [44,188].

Рекеев Алексей Васильевич (1848-1932) – чуваш, родился в селе Кошки-Новотимбаево Буинского уезда, закончил Симбирскую чувашскую школу. Первый ученик Ивана Яковлевича Яковлева. Был назначен учителем в чувашскую начальную школу при Казанской инородческой учительской семинарии, работавшей с 1874-го по 1881 год. По окончании Симбирского уездного училища он получил специальное образование на педагогических курсах при Симбирском уездном училище (1872). Затем работал учителем Среднетимерсянского начального училища Симбирского уезда. В 1875-1881 гг. был первым преподавателем Казанской земской школы народных учительниц. По ходатайству Н.И. Ильминского 21 ноября 1878 года А.В. Рекеев был рукоположен во диакона к домовой церкви при Семинарии. Из чувашской школы Рекеев уволился 30 сентября 1881 года и затем до осени 1916 г. служил священником в селе Байглычево Тетюшского уезда [23,57]. Автор ряда трудов по истории чувашской культуры.

Рождествин Александр С. – известный казанский педагог, помощник Попечителя Казанского учебного округа. Автор книги об Ильминском «Николай Иванович Ильминский и его система инородческого образования в Казанском крае» - Казань, 1900 [35,152].

Руфимский Порфирий М. – священник Пятницкой церкви Казани, выпускник Казанской Духовной Академии [35,39]. Автор многих трудов по церковному краеведению.

Саблуков Гордий Семенович (Гордей-бабай) (?-1880)– выпускник Казанской Духовной Академии, известный арабист и исламовед, разработал курс полемики с мусульманством, который читал в Академии, автор научного перевода Корана. Профессор Казанской Духовной Академии. Еще в 40-х годах XIX столетия бакалавр Саблуков занимался переводами богослужебных текстов на татарский язык, будучи преподавателем татарского языка и истории в Саратовской семинарии. В Академии его уже знали как лучшего в округе знатока татарского языка. Его привлекли к переводам священных текстов на татарский язык совместно с профессором Казем-Беком и Николаем Ильминским. По свидетельству П.В. Знаменского, работал всегда очень добросовестно и осторожно, старался переводы довести до совершенства [28,39]. Пользовался популярностью у мулл, учился у них, был авторитетом по противомусульманской полемике.

Сато Пантелеймон – японец, студент Казанской Духовной Академии.

Седов Иуда Прокопьевич – из крещеных татар, воспитанник Казанской инородческой учительской семинарии Ильминского. Был определен на службу учителем в Елабужский уезд. О нем повествует К.В. Харлампович в издании переписки Масловского с Ильминским. К Масловскому Седова направил сам Николай Иванович, за поддержкой при устройстве. В письме от 21 октября Масловский отзывается о Седове как о человеке с открытой душой. При первой же встрече они курили одну трубку, Седов показался ему апостолом от язык. На тот момент Иуда Прокопьевич уже женат и имеет детей. Ревностный миссионер. Желает принять священный сан. Готовит к изданию сборник проповедей на татарском языке. Ильминский в той же переписке просит Иуду Прокопьевича прислать священником в Казанскую епархию.

Семенов Сергей Семенович – чуваш, родился 5 октября 1863 года в деревне Новые Яхакасы. В 1882 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию. Работал учителем чувашских школ.

Сидоров Николай Сидорович – чуваш, родился 1 декабря 1858 года в деревне Старое Ильмово Буинского уезда Симбирской губернии, в 1875 году закончил Симбирскую чувашскую школу, в 1878 – Казанскую инородческую учительскую семинарию.

Скворцов Василий Игнатьевич – чуваш, родился 13 апреля 1889 года в деревне Верхние Сунары Ядринского уезда. В 1878 году закончил курс Казанской инородческой учительской семинарии. Учитель русского языка в Симбирской чувашской школе, и впоследствии работал в системе чувашских школ.

Смирнов Иван Николаевич (1856-1904) – историк и этнограф. Сын священника из марийского села Арина (ныне Медведевского района Марий Эл). Учился в Казанском духовном училище, духовной семинарии, в 1874-1878 гг. – в Казанском государственном университете. Был учеником известного историка Н.А. Осокина, с 1881 года был доцентом по кафедре всеобщей истории Казанского университета, с 1884 года – экстраординарным профессором, с 1886 – ординарным. С конца 1880-х годов стал заниматься этнографией финно-угорских народов. В 1890-е выпустил серию монографий, посвященных марийцам, удмуртам, мордве, коми-пермякам, много статей. В дореволюционном университете это был, пожалуй, единственный крупный ученый, основную сферу научных интересов которого составляло финно-угроведение.

Смоленский Степан Васильевич (1848-1909) – русский музыковед, общественный деятель. Сын казанского священника, имел выдающиеся музыкальные способности и пристрастие к хоровому пению. После окончания юридического факультета Казанского университета (1872 г.) поступил в Казанскую инородческую учительскую Семинарию учителем пения и регентом церковного хора, с 1875 преподавал географию. С.В. Смоленский, обучая семинаристов, сыграл важную роль в постановке церковного пения на всех языках народов Поволжья. В 1899 г. он был назначен директором Синодального училища церковного пения в Москве. Руководитель Петербургской придворной капеллы [35,176].

Соколов Андрей Маркович – чуваш, родился 9 июля 1853 года в селе Большие Яльчики Тетюшского уезда. В 1876 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию. Работал в системе народного образования чуваш.

Соловьев А.И. – инспектор народных училищ Симбирской губернии.

Спасский Н.А. – сторонник системы Ильминского, выступивший в ее защиту одним из первых уже в конце XIX в. («Просветитель инородцев Казанского края Николай Иванович Ильминский», Самара, 1900) [35,152].

Спиридонов Гавриил Спиридонович – чуваш, родился 19 марта 1866 года в деревне Визикасы. В 1886 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию.

Станиславский (Алексеев) Константин Сергеевич (янв.1863-авг.1938). Родился в Москве в очень богатой патриархальной купеческой семье. В 1881 г. он закончил Лазаревский институт восточных языков, первые восемь классов которого приравнивались к курсу классической гимназии. По окончании института Станиславский работал в фирме отца. В 1888 г. Станиславский образовал Общество искусства и литературы, которое в дальнейшем существовало на его деньги. Одной из основных целей Общества была постановка любительских спектаклей. В 1896 г., исчерпав все возможности любительского театрального Общества, Станиславский впервые сообщил о своей мечте создать настоящий профессиональный, общедоступный театр, что и претворил в жизнь в 1898 году – создал Московский Художественный театр.

Степанов Алексей С. – чуваш, родился 3 октября 1851 года в деревне Новые Яхакасы Ядринского уезда. В 1877-1881 гг. учился в Казанской учительской семинарии, с 1 октября 1881 года назначен учителем начальной чувашской школы при семинарии. В 1882 году перевелся в Шемердянское училище Ядринского уезда [23,58].

Степанов Михаил Федотович – чуваш, родился 7 июня 1859 года в деревне Уралка Кургазинской волости Оренбургской Губернии. В 1881 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию Ильминского.

Тимофеев Василий Тимофеевич, священник (1836-1895) – татарский православный миссионер, много потрудился над христианским просвещением своих соплеменников-татар, яркая и своеобразная личность, самородок, первый и лучший сотрудник Н.И. Ильминского. Родился в деревне Никифорово Мамадышского уезда в семье крещеных татар, по сути уже отпавших в язычество. Учился в селе Абди в школе Министерства государственных имуществ (самое качественное образование в тот период). Фактически, он самостоятельно овладел русским языком, основами православия и оказался человеком очень религиозным и склонным к миссионерской деятельности. Сам приехал в Ивановский монастырь г. Казани, учился у монахов основам аскетики, переписывал молитвы. Здесь о нем узнал сотрудник Ильминского профессор Академии Г.С. Саблуков, а через него – и сам Николай Иванович. Об этой встрече сохранились воспоминания П.В. Знаменского: «Заинтересовавшись рассказами о нем, Николай Иванович сам отправился в Ивановский монастырь и застал Тимофеева записывавшим для себя какие-то молитвы и рассказы на татарском языке. Он старался записать их арабским шрифтом, которым владел с трудом. «Зачем тебе так писать? Пиши по-русски», – заметил Н.И. – Нельзя татарские слова писать по-русски. «Отчего же нельзя?», – и показал, что можно. Тимофеев прочитал, все понял и обрадовался. Но на этом все знакомство их между собою пока и остановилось, потому что в 1858 году они оба должны были оставить Казань…» [28,116]. Был практикантом татарского языка при миссионерском отделении Казанской Духовной Академии. При участии Тимофеева Ильминский перевел на татарский язык «Букварь» (Казань, 1862, 3-е изд. 1867), книгу Бытия (1863), книгу Премудрости Иисуса сына Сирахова (1864), Евангелие от Матфея (1866), литургию Иоанна Златоуста и многие священные песни и стихиры. В 1864 году в Казани была открыта крещено-татарская школа, учителем которой был назначен Тимофеев (сегодня это здание по ул. Ершова, д.20, перестроено, продано коммерческим структурам, однако занесено в список памятников истории и архитектуры столицы Татарстана, охраняющихся государством, значится как «здание кряшенского педтехникума»). В 1869 г. татарская школа в первый раз услышала полное богослужение на своем родном языке. После принятия Тимофеевым священного сана (1869 г.) его поездки по татарским селениям получили миссионерское значение. В последние годы Тимофеев приобрел уже такую опытность в татарских переводах, что мог составлять их самостоятельно с редакцией Ильминского (так была переведена Псалтирь). Тимофееву принадлежат еще “Дневники старокрещеного татарина”, изданные под редакцией и с предисловиями Н.И. Ильминского в “Православном Обозрении” (1864 и 1866 годы) и в “Журнале Министерства Народного Просвещения” (1867, ноябрь). См. П. Знаменский “История Казанской духовной академии за первый (дореформенный) период ее существования” (вып. II, Казань, 1892); “Казанская крещено-татарская школа” (ib., 1887); П. Знаменский “В.Т. Тимофеев” (некролог, “Православный Собеседник”, 1896, ч. I).

Тимрясов Сергей Николаевич (1851-1910) – чуваш, знавший татарский язык. Родился в 1851 году в деревне Ерыклы-Сидулово Чистопольского уезда Казанской губернии. Воспитанник Казанской крещено-татарской школы, учился и в Симбирской чувашской школе, в 1872 году получил звание учителя. В 1872-1874 гг. работал в Атлашкинской братской школе Чистопольского уезда. В 1877 году закончил учебу в Казанской инородческой учительской семинарии. По окончании учительствовал в Симбирской центральной чувашской школе до 1880 г., принимал активное участие в переводе и издании чувашских книг на новом алфавите, созданном И.Я. Яковлевым. Уже в 1871 году, будучи воспитанником крещено-татарской школы, начал дело переложения крещено-татарских переводов на чувашский язык. «Татарский язык по расположению и сочинению слов близок к чувашскому и трудность такого переложения преодолевалась довольно благополучно. В несколько недель крещено-татарская книжность оказалась вся переведенною на чувашский язык… Эта работа впоследствии была усовершенствована при помощи И.Я. Яковлева» [28,276]. Опубликовал ряд статей о жизни чувашских язычников, собрал и передал Яковлеву много предметов старины низовых чувашей.

Толстой Дмитрий Андреевич (1823-1889) – граф, государственный деятель. Окончил курс в Царскосельском лицее, с 1848 г. состоял при департаменте духовных дел иностранных исповеданий министерства внутренних дел и занимался составлением истории иностранных исповеданий; в 1853 г. назначен директором канцелярии морского министерства, и в этом звании принимал участие в составлении хозяйственного устава морского министерства и нового положения об управлении морским ведомством; в 1861 г. некоторое время управлял департаментом народного просвещения, затем был назначен сенатором; в 1865 г. назначен Обер-прокурором Святейшего Синода, а в 1866 г. – министром народного просвещения, и занимал оба эти поста до апреля 1880 г., когда был назначен членом государственного совета. В мае 1882 г. Толстой занял пост министра внутренних дел и шефа жандармов и оставался на этом посту до самой смерти. В качестве министра народного просвещения, граф Толстой провел реформу среднего образования (1871), в духовном ведомстве при графе Толстом было проведено преобразование духовно-учебных заведений (1867-69). Толстой состоял также президентом Академии Наук. Он написал ряд статей по истории просвещения в России в “Журнале Министерства Народного Просвещения” и в “Русском Архиве”. В 1866 г. министр народного просвещения Д.А. Толстой посетил Казанский учебный округ, наверное, впервые увидел инородцев своими глазами, и ему стало ясно, что кабинетные размышления о том, будто инородческие языки примитивны и учить народ надо сразу на русском языке, далеки от реальной жизни. Образование инородцев составляет отдельную и очень сложную проблему; в Казани же Толстой увидел и пути решения этой проблемы. Познакомившись с Ильминским и Тимофеевым,он целиком принял идею обучения на родных языках, необходимость привлечения к делу энтузиастов, хорошо знакомых с инородческими языками. В деле просвещения татар-кряшен уже трудился В. Тимофеев, а специально для Золотницкого по инициативе Толстого Госсовет в 1867 году учредил должность инспектора чувашских школ. Ильминскому было предназначено более масштабное поприще – учительская семинария для всех поволжских инородцев [35,210].

Троицкий Алексей Никитич – правитель канцелярии Казанского учебного округа.

Троицкий Иван – профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии.

Ульянов Илья Николаевич (1831-1886) – отец Владимира Ильича Ульянова (Ленина). В 1850-1854 гг. учился на физико-математическом факультете Казанского университета. Инспектор, а позднее попечитель народных училищ Симбирской губернии, видный деятель народного образования. Его профессиональная деятельность сыграла важную роль в развитии просвещения чувашского и мордовского народов. В 1863 году, будучи преподавателем математики и физики в пензенской гимназии, Илья Николаевич женился на Марии Александровне Бланк, имевшей еврейские и немецкие корни. Илья Николаевич придерживался либерально-консервативных взглядов. За заслуги получил чин действительного статского советника (1874) и звание потомственного дворянина. Переписка Ильи Николаевича с Ильминским касается дел народного образования, они знали друг друга лично. Уже после смерти мужа Мария Александровна Ульянова обращается к Ильминскому с просьбой обустроить вопрос образования Владимира Ильича. Дело в том, что старший сын их – Александр – уже известен был по всей стране как революционер, планировавший с группой покушение на императора Александра II. Именно из-за этой дурной славы, а возможно, и по экономическим соображениям семья Ульяновых переезжает не в столицу, а в университетский город Казань. Нам известно, что Николай Иванович Ильминский действительно принял участие в деле устройства образования Владимира Ульянова. Какое-то время, пока не приехала мать с младшими детьми, он даже проживал у самого Ильминского.

Умов Алексей Петрович – чуваш, родился 1 марта 1862 года в деревне Чубаево Цивильского уезда. В 1884 году закончил Казанскую инородческую учительскую семинарию. Работал в сфере народного образования чуваш.

Филимонов Даниил Филимонович (10.12.1855-1938) – известный чувашский священник, деятель просвещения чуваш. Родился 6 декабря 1855 года в деревне Первое Степаново Чуратчикской волости Цивильского уезда Казанской губернии в семье государственных крестьян. В 1875 г. первым из чуваш окончил Казанскую инородческую учительскую семинарию, во главе которой в 1872—1891 гг. стоял Н.И. Ильминский. Семь лет преподавал историю и географию в Симбирской центральной чувашской школе. Затем служил священником в селе Мусирмы Цивильского уезда, а с февраля 1894 г. — вторым штатным священником в селе Ишаках Козьмодемьянского уезда. Здесь 4 октября 1894 г. была открыта двухклассная миссионерская школа Братства святителя Гурия. Филимонова назначили заведующим и законоучителем школы. В ней готовили учителей для сельских чувашских братских школ и школ грамоты. В 1899 году переехал в Самарскую губернию, принимал участие в создании первых чувашских букварей, собирал чувашский фольклор. Автор ряда брошюр и статей на чувашском языке. Его перу принадлежат воспоминания о Симбирской чувашской школе. И.Я. Яковлев высоко ценил общественно-просветительскую деятельность Филимонова. Явился защитником системы Ильминского. Известны его письма к вдове Николая Ивановича – Екатерине Степановне Ильминской: “Меня крайне удивляет бесцеремонное, можно сказать, желание некоторых русских людей, якобы во имя русского патриотизма, сразу воспретить чувашам слышать слово Божие и молиться Богу на своем родном языке. Как бы ни был незначителен этот язык, он все-таки дорог для чувашина как способ жизни, и есть дар Божий: было бы грешно искусственным образом погубить его во имя памяти этих чувашей. Будут ли чуваши хорошими честными гражданами и верными православными христианами, если учить их только по-русски? Имеется много прошлых и настоящих данных из жизни чувашей, что один русский язык не ведет их к желаемой цели. Внешне обруселые чуваши оказываются только хорошо украшенными красивыми гробами, внутренность коих наполнена всякою языческой мерзостью. Следует ли восторгаться таким обманчивым обрусением чувашей?” В 1896 г. Д. Ф. Филимонов ездил в Нижний Новгород на Всероссийскую выставку, а в 1897 г. — в Москву и Калужскую губернию. “Во время сих путешествий, — писал Филимонов Екатерине Степановне Ильминской, – я имел случай познакомиться и беседовать со значительным числом священников из настоящих русских центральных губерний, говорил с ними об инородцах, о Николае Ивановиче и о себе, что я настоящий чувашин, и ни разу не заметил, чтобы кто-нибудь из них не сочувствовал Николаю Ивановичу или кто обнаружил какое-либо пренебрежение ко мне как инородцу. А в нашей чувашской глуши приходится видеть совсем обратное…». Д. Ф. Филимонов констатировал, что среди инородческих священников, учителей, диаконов и псаломщиков идет процесс обрусения. Его беспокоила утрата инородческой интеллигенцией национального менталитета. «Посмотрите на жизнь их, — с горечью писал он, — и Вы увидите, что у них ничего своего национального (самобытного) не осталось. У большинства их дети даже совершенно не умеют говорить на языке своих сородичей и чуждаются последних» (статья Геннадия Александрова «Родной язык – это и есть дар Божий!»). Его сын – Филимонов Леонид Данилович, родившийся 1 октября 1885 года в селе Туарма, в 1893-1899 годах учился Симбирской чувашской школе.

Холмогоров – профессор Казанского университета по кафедре арабского языка, открытой в Казанском университете в 1861 году, после перевода Восточного разряда в Петербург. Чтобы в Казани хоть как-то сохранить исследования восточных языков и мусульманства, и были учреждены две кафедры восточных языков в университете. Вторую кафедру восточных языков – кафедру турецко-татарского языка – занял тогда вернувшийся из Оренбурга Ильминский.

Христофоров Иван Яковлевич (1835-1892) – выпускник Тобольской Духовной Семинарии (1862), Казанской Духовной Академии. В 1865-1877 гг. сохранить преподаватель истории и географии Симбирской мужской гимназии, редактор неофициальной части «Симбирских губернских ведомостей». Автор ряда статей по истории народного образования Симбирской губернии.

Чемоданов Тимофей И. – протоиерей, товарищ Ильминского по Академии, из Ижевска. С ним Ильминский вел переписку с целью привлечь его к делу образования инородцев. Письмо это «по следующему случаю: узнал я, что он протопопом и благочинным в Ижевском заводе, а там во всей окрестности множество вотяков, а вотское население совсем отстало в образовании; я ему послал брошюрок, относящихся к инородческому образованию, и его приглашал к содействию в пределах своего благочиния…» [28,304]. Знаменский целиком приводит ответ отца Чемоданова по копии этого письма, некогда переданной ему самим Николаем Ивановичем.

Шемякин Василий Иванович – член Ученого комитета Министерства народного просвещения, наблюдатель церковных школ Российской империи.

Шестаков Петр Дмитриевич (1826-1889) – профессиональный педагог консервативного толка, писатель, выпускник историко-филологического факультета Московского университета (1846), преподаватель, инспектор и директор Смоленской гимназии (1846-1860), в 1860-1863 гг. инспектор Московского университета, в 1863-1865 гг. помощник Попечителя, а с 1865 года по 1883 - Попечитель Казанского учебного округа. Союзник и единомышленник Ильминского по части инородческого образования, председатель совета Братства свт. Гурия, инородческого Комитета при Казанском учебном округе. Особо знаменательно его участие в открытии крещено-татарской школы [35,167]. Относился к числу главных защитников системы Николая Ивановича в Казанском округе. Написал по этому поводу целый ряд статей и ученых работ о трудах древних русских просветителей инородцев (особенно Стефана Пермского), собрал обширные статистические материалы об инородцах по всему пространству своего округа [28,219].

Штыгашев Иван – шорец (народность в Кузбассе), воспитанник Казанской учительской семинарии.

Щетинкин Павел Васильевич – казанский купец, известный благотворитель, попечитель Центральной крещено-татарской школы, строил много храмов в инородческих деревнях.

Юркин Иван Николаевич (1863-1943) – воспитанник Симбирской центральной чувашской школы, чувашский писатель, этнограф.

Юртов Авксентий Филиппович (20.02.1854-01.05.1916) – известный мордовский просветитель. Родился в селе Калейкино (ныне Альметьевского района Татарстана). Учился в Центральной крещено-татарской школе (1869-1872) и в учительской Семинарии (1872-1876), стал учителем в начальной мордовской школе при учительской Семинарии (1878-1883). Вместе с Ильминским разработал алфавит для эрзя-мордовского языка, осуществлял переводы на эрзя-мордовский и на мокша-мордовский языки, публиковал мордовский фольклор. В 1883-1891 гг. учительствовал в сельских школах Самарской губернии, с 1891 г. стал священником в селе Андреевка Уфимского уезда Уфимской губернии, продолжал активную деятельность по просвещению мордовского населения края [35,176].

Яковлев Гавриил – чуваш, родился в селе Новое Ильмово Буинского уезда, в 1875 году закончил Симбирскую чувашскую школу.

Яковлев Иван Яковлевич (1848-1930) – чувашский педагог, просветитель, писатель, создатель новочувашской письменности. Родился в семье крестьянина в деревне Кошки-Новотимбаево (ныне Тетюшский район Татарстана). Яковлев не был питомцем системы Ильминского, первым из простых чувашских крестьянских юношей он закончил с отличием Симбирскую гимназию. Однако «почтенный Иван Яковлевич сам причисляет себя к числу учеников и последователей Николая Ивановича. Знакомство между ними относится к 1870 году… До этого времени он держался крайней теории образования чуваш на русском языке, которой держался и его первый воспитатель, бурундуковский священник (потом протоиерей) и законоучитель удельного бурундуковского училища А.И. Баратынский, известный деятель по народному образованию симбирской губернии…». Ильминскому было достаточно привести Яковлева на службу, совершаемую на татарском языке, и в его лице он уже мог видеть ревностного поборника своей системы [28,276]. В 1875 г. окончил физико-математический (историко-филологический) факультет Казанского университета. Ильминский привлек Яковлева, прежде всего идеями национального возрождения – постановкой проблемы языков, просвещения, национальных школ. Будучи гимназистом, в 1868 г. основал Симбирскую чувашскую школу, которая при поддержке Ильи Николаевича Ульянова была принята в 1871 году на государственный бюджет, в 1877 г. преобразована в Симбирскую центральную чувашскую школу, ставшую центром чувашской культуры. В 1878 г. при центральной школе открылось женское отделение (совместное образование было запрещено, в виду чего в Казанской учительской Семинарии Ильминскому так и не удалось ввести женского отделения). По окончании университета он работал инспектором чувашских школ. В начале 70-х гг. XIX века Яковлев на основе русской графики составил новый чувашский алфавит, написал буквари, учебники. Его книги для чтения составлены на основе рассказов из народного быта и образцов устного народного творчества, собирателем которых он был. 26 сентября 1877 года И.Я. Яковлев женился на Екатерине Алексеевне Бобровниковой, которая после смерти отца, известного ориенталиста А.А. Бобровникова, воспитывалась в семье Н.И. Ильминского. Умер в 1930 г. в Москве [35,182]. Автобиография И.Я. Яковлева представлена в много раз переиздававшейся книге «Моя жизнь», где представлена субъективная оценка событий, однако она является чрезвычайно важным источником для изучения деятельности Николая Ивановича Ильминского, которому посвящена отдельная глава «Мой учитель». В ней, в частности, Яковлев упоминает о переписке Ильминского с иеромонахом Макарием (Невским), алтайским миссионером, устроившим богослужение на татарском языке, впоследствии архиереем. «Ильминский относился к нему с большой сердечностью, но требовательно, строго, говоря ему всегда правду в глаза. Я убедился в этом, когда ознакомился с перепискою Макария с Ильминским», - нам в руки эта переписка не попала. Переписка Яковлева с Ильминским велась очень активно, но нами в фонде 968 НА РТ обнаружена не была. Все письма Ивана Яковлевича к своему учителю опубликованы чувашскими исследователями в «Письмах» (Чебоксары, 1985) и в «С думой о народном просвещении: из переписки» (Чебоксары, 1989-1992). В первом из указанных публикаций находится 66 писем Яковлева в хронологическом порядке с 6 января 1871 года по 16 сентября 1891 года (стр. 45-129). При каждом письме приводятся комментарии по персоналиям, географическим названиям, обстоятельствам жизни Ивана Яковлевича. Указываются источники для публикации – это либо оригиналы писем, либо снятые с них копии. Хранятся письма в следующих фондах: ЧРКМ, личный фонд И.Я. Яковлева; ОР РГБ (отдел рукописей Государственной Российской библиотеки), фонд 424, к. 3, ед. хр. 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, фонд 361 к 3 ед. хр. 49; НА ЧНИИ (научный архив научно-исследовательского института языка, литературы, истории и экономики при Совете Министров Чувашской Республики), отд. II, дело 527. Во втором издании находиться еще 14 писем Яковлева Николаю Ивановичу, но здесь они не выделены в отдельную главу, а располагаются среди прочей переписки, по реестру книги – номера 15, 22, 27, 30, 31, 34, 37, 41, 42, 52, 62, 75, 84, 95. Расположение также в хронологической последовательности, с 25 июля 1877 года по 17 апреля 1891 года. Также приведен справочный материал, источники публикации. Использованы следующие фонды: ЦГА ЧР (центральный госархив Чувашской Республики), ф. 207, оп. 1, дело 6, лист 124 (письмо адресовано директору Казанской учительской семинарии, поэтому, возможно, не попало в отдельные фонды); НА ЧГИГН (научный архив Чувашского госинститута гуманитарных наук), отд. II, дело 518; ОР РГБ (отдел рукописей Российской государственной библиотеки), фонд 361, к 9, дело 35; четыре письма публикуются по копиям из личного архива Н.Г. Краснова (составитель «Писем» 1985 года).

Яковлев Я.И. – начальник Тургайского укрепления, где устраивал свою народную школу Ибрай Алтынсарин. «Между ордынцами он (Алтынсарин) составил около себя молодой кружок единомышленных с ним и склонных к русскому образованию людей. Начальник укрепления, достойный и почтенный русский человек, Я.И. Яковлев, хорошо знакомый с киргизами, поддерживал его русские симпатии, принял в нем отеческое участие, руководил им и, чтобы сблизить его еще более с русским обществом, назвал его Иваном Алексеевичем, назначил ему даже день русских именин (6 января), который Алтынсарин постоянно и праздновал по-русски с именинным пирогом» [28,144].

Якубович Владимир – Предводитель дворянства Чистопольского и Мамадышского уездов, видный земский деятель, работал и на почве народного образования. Есть необходимость исследовать взаимоотношения представителей земского образования и системы Ильминского, так как в земских народных школах еще необходимо было доказывать ее основоположения. Не всегда земства разделяли позиции, на которых основывал свои педагогические принципы Николай Иванович. В лице Якубовича, деятеля народного образования в Чистопольском уезде, Ильминский имел своего искреннего сторонника. Свои взгляды на дело народного образования Якубович изложил в двух своих письмах (всего в деле №169 находится 19 писем Владимира Якубовича к Ильминскому) – от 1 мая 1873 года (4-й и 5-й листы в деле) и от 18 июня 1873 года (листы 11 и 12). Он практически со всех сторон соглашается с системой, разработанной Николаем Ивановичем для инородческих школ. Небольшое непонимание у них возникло по поводу необходимости разных акцентов на преподавании Закона Божия в русских и инородческих школах. В первом из указанных писем Якубович высказал мысль, что русские дети уже имеют заложенные основы православной веры с детства, а вот дети инородцев от христианства далеки, и при обучении в школе им необходимо уделять особое внимание именно по миссионерскому просветительскому направлению; ставит на вид также, что священники и наставники школ нерадиво относятся к своим миссионерским обязанностям. Уже во втором письме Якубович пишет, как бы оправдываясь перед Николаем Ивановичем, что во всем он согласен с Ильминским, лишь снова подчеркивает отсутствие должного воцерковления детей в школах со стороны законоучителей-священников и учителей. Все остальные письма Якубовича относятся к обычным заботам по уездным делам народного образования.

Ястребов Иван Степанович – будучи студентом Казанской Духовной Академии имел непосредственное участие к миссионерскому обучению, проводимому Василием Тимофеевым еще в своей квартире в 1863-1864 гг., – «снабжал возникавшую школу бумагой, огарками свеч, книгами, всем, чем мог…», – о чем свидетельствует П.В. Знаменский [28,163;35,166]

Ястребов К. – протоиерей, ректор Астраханской Семинарии.

В заключение работы мы вновь отмечаем важность выбранной нами для исследования темы. Ильминский сделал очень много, он стал для инородцев миссионером, он поднял их из трясины безграмотности и безверия, он создал для них азбуку и сделал переводы, он воспитал интеллигенцию и священство. Другой вопрос, как созданная система продолжала жить после него. Не нашлось более столь авторитетной и талантливой личности, беззаветно преданной делу просвещения инородцев, и дело увяло. Но труды его не пропали бесследно, их следствия мы можем увидеть и сегодня в жизни кряшенской общины.

Личный архив Ильминского сегодня – это самая неисследованная часть его наследия. Здесь есть еще невысказанные идеи, неизвестные факты его биографии и истории школ и приходов. Мы выявили круг авторов писем, расположение по делам фонда, частично раскрыли содержание переписки. Работа еще только началась. Мы надеемся, что найдется человек, уважающий память этого казанского ученого и желающий подробно и достоверно описать всю его жизнь и деятельность. Для этих будущих трудов наша работа, надеемся, будет полезна.

Уже тогда, в конце XIX – начале XX века, отношение к личности Николая Ивановича Ильминского было не только уважительное, но и распространялось почитание к нему. Нам стало известно, что в среде кряшен и сегодня есть подобное настроение. Действительно, исследуя биографию, мы узнали в нем доброго христианина, нестяжателя, радетеля о жизни благой для целых народов, истинного проповедника Христа. Можно сравнить его с просветителями славян – святыми братьями Кириллом и Мефодием – он тоже создал алфавит на кириллице (кириллица сама расположила к христианству, в противоположность арабской вязи); он ввел богослужение на родном для инородцев языке, для чего потребовалось перевести книги Священного Писания и богослужебные тексты. Еще сравнение: в Грузии, целиком православной стране сегодня, - не один равноапостольный святой. Количество ставших православными из инородцев вследствие деятельности Ильминского не меньше населения Грузии. Поэтому сегодня в среде крещеных инородцев высказывается пожелание прославить Николая Ильминского в лике равноапостольных святых. Кряшены служат на своем языке, читают книги, у них, как правило, строго этнические общины. Складывается впечатление, что это самобытная Церковь, существующая в составе Русской Православной Церкви. Их мало, поэтому мы даже не дерзаем высказать мысль об их церковной самостоятельности, но налицо все признаки. Яковлев И.Я. в своей автобиографии «Моя жизнь» вспоминает по этому поводу примерно следующие обстоятельства. У Ильминского в последние годы жизни родилась мысль об инородческом архиерее, викарии Казанском, который служил бы в крещено-татарской школе, а также совершал поездки по татарским селениям с новокрещеными татарами, служил в сельских храмах и т.п. По мнению Ильминского, назначение такого архиерея подняло бы архиерейский престиж в глазах инородцев и дух новокрещеных татар. Проект этот так и остался у Ильминского только на словах. Мечты эти усилились, когда протоиерей Василий Тимофеев овдовел. Для занятия архиерейского поста у Тимофеева были действительно многие положительные качества. Между прочим он прекрасно, с авторитетом, огнем, воодушевлением говорил проповеди. У Тимофеева была при этом сановитая наружность. Во время произнесения проповедей глаза его вдохновенно горели. Проповедь у гроба Н.И. Ильминского, которой Яковлев был очевидцем, произнесена была с такой силой искренней скорби, что произвела на всех потрясающее впечатление. У этой образованной естественным путем Церкви Христовой должен быть свой небесный покровитель, который заботился о них еще при своей жизни во второй половине XIX века.

 

Список использованной литературы:

Архивные источники:

1.Национальный Архив РТ Фонд № р-7 «Фонд Национального Архива РТ».

2.Национальный Архив РТ Фонд № 319 «Казанская Центральная крещено-татарская школа».

3.Национальный Архив РТ Фонд № 968, Опись 1, Дело 30 «Проповеди, составленные учителями и священниками».

4.Национальный Архив РТ Фонд № 968, Опись 1, Дело 51 «Письмо Победоносцеву по вопросу вознаграждения мулл».

 

Опубликованные источники:

5.Воскресенский А.А. Предисловие // Письма Н.И. Ильминского к крещеным татарам. – Казань, 1896. – С. I-XXXIV.

6.Износков И. Материалы для истории христианского просвещения инородцев Казанского края. – М.: Тип. А.И. Снегиревой, 1893.

7.Из переписки об удостоении инородцев священнослужительских должностей. – Казань: Тип. В.М. Ключникова, 1885. – 20с.

8.Ильминский Н.И. Воспоминания об И.А. Алтынсарине, инспекторе киргизских школ Тургайской области.

9.Ильминский Н.И. Извлечения из писем к Н.П. Остроумову (Первое приложение к статье П.В. Знаменского, Прав. Собес., 1900). – Казань, 1900. – 84 с.

10.Ильминский Н.И. Материалы для сравнительного изучения церковно-славянских форм и оборотов, извлеченные из Евангелия и Псалтири / Размышления о срав. достоинстве в отношении языка. – Казань.

11.Ильминский Н.И. Обучение церковно-славянской грамоте / книга для учеников. – Казань, 1901. – 143 с.

12.Ильминский Н.И. О закладке дома Казанской учительской семинарии. – Казань, 1872.

13.Ильминский Н.И. Письма Н.И. Ильминского к крещеным татарам / Изд. ред. Православного Собеседника. – Казань: Типо-лит. ун-та, 1896. – 211 с.

14.Ильминский Н.И. Церковнославянская азбука для церковно-приходских школ. С двумя таблицами упрощенной славянской азбуки. – СПб., 1884.

15.Казанская центральная крещено-татарская школа. Материалы для истории христианского просвещения крещеных татар. – Казань, 1887.

16.Николай Иванович Ильминский. Избранные места из педагогических сочинений, некоторые сведения о его деятельности и о последних днях его жизни / Издание почитателей покойного. – Казань, 1892. – 135с.

17.О пасхальном богослужении в Казанской инородческой учительской семинарии в 1875 году // Церковно-общественный вестник. – 1875г. - №2.

18.Освящение церкви в Казанской учительской семинарии // Церковно-общественный вестник. – 1875. - № 44.

19.Харлампович К.В. Н.И. Ильминский и алтайская миссия. – Казань: центр. тип., 1905. – 77с.

20.Харлампович К.В. П.П. Масловский и его переписка с Н.И. Ильминским (Материалы для истории русской миссии). – Казань: тип.-лит. университета. – 1907. – 129с.

21.Яковлев И.Я. С думой о народном просвещении: Из переписки. – Чебоксары, 1989-1992. – Ч. 1-2.

22.Яковлев И.Я. Письма / сост. Н.Г. Краснов. – Чебоксары, 1985.

 

Литература:

23.Александров Г.А. Чувашская интеллигенция: истоки. – Чебоксары: Чувашия, 1997.

24.Витевский В.И. Н.И. Ильминский, директор Казанской учительской семинарии (ум.27 декабря 1891 года). – Казань: Тип. ун-та, 1892.

25.Воскресенский А.А. Предисловие: Система Н.И. Ильминского в ряду других мероприятий к просвещению инородцев // Ильминский Н.И. О системе просвещения инородцев и о Казанской Центральной крещено-татарской школе. – Казань: Изд. П.В. Щетинкина, 1913.

26.Журавский А.В. Миссионерская деятельность в Казани на рубеже XIX-XX вв. // Научно-богословские труды по проблемам православной миссии. – Белгород, 1999.

27.Знаменский П.В. История Казанской Духовной Академии (За первый дореформенный период ее существования. 1842-1870). – Вып. 1-3. – Казань, 1892.

28.Знаменский П.В. На память о Николае Ивановиче Ильминском: К двадцатипятилетию братства святителя Гурия. – Казань, 1892.

29.Знаменский П.В. Отец Василий Тимофеевич Тимофеев. Некролог. – Казань, 1896. – 49 с.

30.Золотницкий Н.И. К вопросу о способах образования чуваш. – Казань, 1866.

31.Источниковедение истории СССР XIX – начала XX в. / ред. И.А. Федосова, И.И. Астафьева, И.Д. Ковальченко. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970. – 469 с.

32.Исхакова Р.Р. Деятельность Н.И. Ильминского и его системы (Историография проблемы). – Казань: Новое знание, 2002. – 24 с.

33.Исхакова Р.Р. Духовные учебные заведения XIX века как фактор создания педагогического образования в регионе. – Казань: Новое знание, 2001. – 52с.

34.Исхакова Р.Р. Казанская учительская семинария и ее роль в подготовке учителей для национальных школ. – Казань: Новое знание, 2001. – 55 с.

35.Исхакова Р.Р. Педагогическое образование в Казанской губернии в середине XIX – начале XX веков / Ин-т сред. проф. образования Рос. Акад. образования. – Казань: Новое знание, 2001. – 279 с.

36.Никанор (Каменский) Николай Иванович Ильминский и его основные педагогические взгляды // Казанский сборник статей. – Казань: Типо-лит. ун-та, 1909.

37.Николай Иванович Ильминский и его основные педагогические взгляды // Смоленские епархиальные ведомости. – 1897. - №2.

38.Один из питомцев Казанской Духовной Академии Н.И. Ильминский // Русский паломник. – 1882. - №41.

39.Пашков Д.В. Николай Иванович Ильминский, миссионер и переводчик // Научно-богословские труды по проблемам православной миссии. – Белгород, 1999.

40.Рождествин А.С. Николай Иванович Ильминский и его система инородческого образования в Казанском крае. – Казань: Типо-лит. ун-та, 1900.

41.Спасский Н.А. Просветитель инородцев Казанского края Николай Иванович Ильминский. – Самара, 1900.

42.Харлампович К.В. Светлой памяти Н.И. Ильминского. – Казань: Центр. тип., 1916. – 4 с.

43.Яковлев И.Я. Духовное завещание чувашскому народу / Сост. М.Р. Федотов. – Чебоксары, 1992.

44.Яковлев И.Я. Моя жизнь: Воспоминания: (К 150-летию со дня рождения И.Я. Яковлева). – М.: Республика, 1997. – С. 357.

 

Приложение I

Мы убеждены, что Господь причислил уже этого истинного христианина к лику избранных своих. Для проведения официальной канонизации в комитете по канонизации святых Русской Православной Церкви необходимо представить определенный набор документов: составить житие прославляемого в стиле житийной литературы православных святых; написать тропарь, кондак и молитву (впоследствии и полную службу) на церковнославянском языке; написать ему икону; предоставить факты почитания святого верующими людьми, если имеются, то и факты чудотворений. Работа по собиранию необходимых материалов была проведена автором данного сочинения, с итогами ее ознакомлен, в том числе, и архиепископ Казанский и Татарстанский Анастасий. Продвижение дела требует собрания фактов почитания святого, что возможно сделать в инородческих православных общинах, появившихся благодаря деятельности Ильминского. Мы приводим ниже уже подобранные нами материалы по данному вопросу.

 

Материалы к жизнеописанию

Николая Ильминского,
просветителя Казанских инородцев.

Дело христианского просвещения приволжских и прикамских инородцев началось в XVI столетии. Не говоря уже о громадных просветительских трудах святителей Гурия, Варсонофия и Германа, Казанских чудотворцев, миссионерство являлось важным родом деятельности многих казанских архиереев, государственных деятелей и пр. Но производимая просветительская работа не обрела еще оптимальных форм, а значит, с недоверием коренное население оставляло заблуждения мусульманства и язычества, многие после отпадали. По свидетельству еп. Никанора (Каменского), массовые отпадения обнаруживались периодически через 15-20 лет, причем целыми селениями. Причинами их были, с одной стороны, бытовая близость татар-магометан к крещеным и сходство языка тех и других, а с другой, - недостаточность развития христианских убеждений в массе крещеных. Лишь пятая часть коренного населения была христианизирована.

Цель миссии – перевоспитать крещеных инородцев, освободить их от тех заблуждений, предрассудков и суеверий, которые в течение веков укрепились в них.

Господь даровал казанским инородцам миссионера, радетеля за них – великого просветителя ХIХ столетия - Николая Ильминского. Он писал в одном из своих сочинений:

«Христианство есть религия в высшем и благороднейшем смысле общечеловеческая, облагораживающая и освящающая человеческую природу. Христианство не посягает на народные особенности, не сглаживает их формальным или внешним уровнем, не обезличивает человека или народа; но соединяет народы и племена внутренним, искренним и прочным союзом любви, делая их сынами Божиими и братьями во Христе».

Родился Николай Иванович Ильминский 22 апреля/5 мая 1822 года в городе Пензе, в семье священника. Получил начальное образование, закончил Пензенскую Духовную Семинарию. В возрасте 21-го года приехал в город Казань и поступил на первый курс только что открывшейся (в 1842 году) Казанской Духовной Академии.

Главный его талант – познание языков. Подготовка к будущему делу жизни началась еще в Пензенской Семинарии, окончательное же расположение к сему явилось в середине курса академического. В Академии он изучил, кроме древних языков (славянского, греческого и латинского), еще и французский, немецкий, арабский, татарский и турецкий. Среди товарищей пользовался репутацией человека приятнейшего и почти святого, начальство отзывалось как о человеке безгранично любознательном. В 1846 году Николай Иванович закончил Казанскую Духовную Академию в числе лучших выпускников и остался в стенах родной духовной школы в качестве преподавателя татарского и арабского языков. Ради лучшего изучения татарского языка и быта поселился на квартире в татарской слободе в отдалении от центра города. С благословения Владыки (архиеп. Григория (Постникова)) Ильминский отправлялся по селам Казанской губернии, чтобы лучше ознакомиться с бытом татар и частными особенностями местных наречий.

Синод командировал подающего большие надежды молодого ученого в Турцию, Сирию, Палестину и Египет с целью изучения языков и древних памятников. В путешествии он провел 2,5 года, а из причитающейся ему расходной суммы на половину приобрел литературу и ценные памятники, которые по возвращении безвозмездно передал в библиотеку Казанской Академии. По его собственным рассказам, странствовать он любил пешком, опираясь на свою крючковатую палку. Будучи в Турции, перед войной он не раз подвергался смертельной опасности от курдов, нападавших на него поодиночке и во множестве. Но, должно быть, Бог хранил свой добрый сосуд, чтобы он, наполнившись до верха духовной масти благовонной, явился достойным учителем великого множества учеников из разных народностей. Однажды один азиат-фанатик хотел убить Николая Ивановича, но потом сказал: «Что-то удерживает меня убить тебя, гайур» («неверный», так мусульмане называли христиан). Николай Иванович имел счастье быть и у Гроба Господня в Иерусалиме. Рассказывал он как в первый день св. Пасхи иерусалимский патриарх, вследствие необыкновенной тесноты в храме, был вынужден провести его с некоторыми другими в алтарь через Царские двери.

Пришлось Николаю Ильминскому и потерпеть от противников идей обучения студентов Академии татарскому и арабскому языку с введением в основы исламской веры. Противниками его оказались ректор Академии и даже Казанский Архиерей. Сам он обстоятельно изучил мусульманство во время своего научного путешествия на Восток. На своих лекциях он не считал нужным подробно истолковывать все неверности мусульманства, так как воспитанники Академии уже были достаточно образованы в богословском плане. Но правление Академии обвинило его даже в симпатии к мусульманству и отстранило от преподавания на миссионерских курсах. Это не могло оставить равнодушным ученого, так увлеченно занятого своим предметом. Ему пришлось оставить службу в Академии и устроиться переводчиком в пограничной службе в Оренбурге. Переезд отнял у него много душевных сил. Нелегко пришлось и молодой семье Николая Ивановича в новых условиях проживания на окраине Российской империи. В Оренбургской пограничной комиссии он также успел оставить после себя добрую память, повлиял на развитие в этом крае народных школ. Наконец, в 1861 году его снова пригласили на службу в Казань для занятий восточными языками.

Все остальное время своей жизни он провел в Казани, где стал профессором Академии, профессором Императорского Университета и, наконец, директором инородческой учительской Семинарии. Без остатка посвятил себя Николай Ильминский миссионерской работе.

В 1864 году на квартире молодого сотрудника Ильминского татарина Василия Тимофеева открылась школа для детей крещеных татар. Особенность и превосходство ее над существовавшими до этого инородческими школами заключалась в образовательной системе, по которой преподавание велось на родном для учащихся языке, в духе русского православия и русской культуры. Николай Иванович писал: «Наша цель – убедить всех смотреть на нашу школу не просто как на место обучения грамоте и цифре, но как на действительное миссионерское, христианско-просветительское учреждение… Мы рассчитываем на своих выпускников, как на проводников христианского просвещения в массу крещеных татар… Мы сошли с высоты отвлеченных теорий в жизнь действительную». Государь-Император Александр II, посетивший Казанскую центральную крещено-татарскую школу Н.И. Ильминского, сказал памятные слова: «Я очень рад, что ваши дети учатся здесь, и уверен, что они выйдут отсюда хорошими христианами».

В 1867 году было учреждено православное миссионерское общество во имя свт. Гурия Казанского, имевшее своею целью миссионерское делание в Казанском крае. Николай Ильминский сразу же стал деятельнейшим его членом. Руководствуясь его соображениями, на свои средства братство стало открывать инородческие школы по примеру школы центральной в Казани; издавалась и распространялась миссионерская литература. В селения крещеных инородцев стали назначаться на должности священно-церковнослужителей и учителей лица, единоплеменные с населением.

Николай Иванович много переписывался. В его письмах звучат наставления наставления, обнимающие с разных сторон один существеннейший вопрос – об устройстве христианской жизни и просвещения. Этот и сам по себе великий и важный вопрос заключен у него еще в такие чудные рамки искренности и преданности, что каждое почти письмо, помимо большей или меньшей важности своего содержания, само по себе является милым и любезным сердцу читателя. Читая письма Николая Ивановича, часто забываешь, что это пишет директор к учителям, своим бывшим ученикам, начальник к подчиненным, высоко просвещенный русский человек к простым, едва грамотным людям, какими были тогда крещеные татары. Для него как будто и не существует на свете других отношений, кроме дружественных, братских, родственных, - и никаких других вопросов, кроме вопросов о просвещении, о церкви, о школе.

В 1875 году состоялось открытие Казанского миссионерского приюта при Спасо-Преображенском монастыре. Николай Иванович принял на себя руководство питомцами нового миссионерского учреждения.

Основная переводческая деятельность Ильминского развернулась с 1860-х годов. Познакомившись с татарской жизнью и разочаровавшись в практической приложимости старых переводов христианских книг на книжный татарский язык, решился он оставить этот малопонятный для простых людей способ и избрал орудием для христианского просвещения татар новые переводы на народный и живой язык старокрещеных татар, как более чистый, понятный для всех и, кроме того, более свободный от разных примесей мусульманской культуры. Ильминский в течение 20-ти лет совершенно установил христианскую терминологию для татарского языка, а по сходству и единообразию в конструкции – и для других наречий инородческих: чувашского, черемисского, вотяцкого, мордовского и пр. Поэтому чем далее, тем с большей легкостью он производил переводы, пользуясь помощью природных знатоков этих языков. Нужно, впрочем, заметить, что эти труды Николая Ивановича, просветившие и впредь еще долженствующие просветить многих крещеных инородцев, распространялись без его подписи и без его слова. Главный их труженик, он совершенно умалчивал о своей работе, и все переводческие работы приписывал крещено-татарской школе и своим сотрудникам, между тем, как участие в этом деле школы и сотрудников состояло, главным образом, в прослушивании, некоторой перестановке слов или замене другими в готовых уже переводах, стоивших Николаю Ивановичу многих лет труда. Николай Ильминский был выбран председателем переводческой комиссии в Казани от Православного Миссионерского Общества, образованного свт. Иннокентием Московским. Причем полагающееся денежное вознаграждение ни разу не получил, оставляя все на издание переводов.

Подобно тому, как равноапостольные братья Кирилл и Мефодий разработали славянскую азбуку, Николай Ильминский сделал то же для языка крещеных татар. Именно Ильминский составил алфавит, которым пользуются до сих пор не только кряшены, но и татары (отсюда и стремление современных татар перейти на латиницу). Он начал записывать татарские слова не привычным арабским шрифтом, а стал использовать кириллицу, что оказалось более применимо к языку татарскому с точки зрения фонетики. К 1869 году переводы достигли уже такой полноты, что для крещеных татар открылась возможность услышать на своем родном языке православное Богослужение. Первая служба на крещено-татарском языке была совершена в 1-е воскресение Великого Поста (Неделя Торжества Православия) тогда еще иеромонахом Алтайской миссии, впоследствии преосвященным Макарием (Парвицким). Службы проводились потом постоянно священнослужителями уже из самих крещеных татар.

По примеру переводов Ильминского проводится переводческая работа на крещено-татарский язык и в наши дни.

В октябре 1872 года была учреждена инородческая учительская Семинария, директором которой до самой смерти оставался Н.И. Ильминский. «Учительская семинария должна представлять род одной семьи, в которой все воспитанники, несмотря на разноплеменность, живут мирно, трудятся мирно для одной цели, взаимно помогают друг другу в занятиях». В Семинарии было взято за правило обращение на «ты», даже к преподавателям, чтобы сблизить тем самым семинарскую семью. Ильминский постоянно поддерживал связь со всеми учениками, вышедшими из семинарии, посредством переписки или личного свидания и бесед с приезжавшими в Казань. С живейшим интересом прочитывал он их письма и выслушивал рассказы об их деятельности и об отношении к ним местных властей и общества, задавал им интересующие его вопросы, давал советы и наставления, старался защитить притесняемых, ободрить упавших духом, поддержать в стремлении к доброй цели и поощрить особенно достойных из них. Пользуясь своим авторитетом в высших духовных и гражданских сферах, Николай Иванович Ильминский всегда готов был оказать полезное содействие своим воспитанникам, ходатайствуя за них перед епархиальными архиереями, губернаторами, попечителями, директорами и инспекторами учебных округов, перед благочинными и священниками.

Всегда деятельный и благодушный, Николай Иванович не любил общественных развлечений, а почти все время посвящал науке или делу просвещения. Будучи бессребреником, он, увлекаемый идеей бескорыстного служения делу, неохотно выслушивал даже, если кто-либо просил повысить жалование. Одевался всегда более чем просто. В 1857 году Николай Иванович, будучи 35-ти лет от роду, женился на девушке-сиротке, дочери тверского протоиерея, жившей в Казани у своей родной сестры, Екатерине Степановне. Своих родных детей у него не было, но и в семейном отношении он оставил добрую память о себе: при живом и сердечном участии своей жены он вырастил и поставил на ноги двоих детей своего товарища по Академии А.А. Бобровникова.

1, 2, 3, 4, 5, 6